В деревне-то нашей, жизнь ключом бьёт.
В то утро, бывший зоотехник Федоров, вышел из дому, металлически позвякивая бидонами молока. И привычно отправился на рынок, чтобы выгодно молоко продать. Заходя на рынок с самой малолюдной его стороны, зоотехник увидал такую картину, что чуть было, не расплескал весь свой коммерческий интерес. А увидел Федоров жену Степана при весьма неловких обстоятельствах.
Степанова-то жена, она вообще не из хуторских будет. А вроде как привезенная. Степан-то, он последние годы строительством промышляет. Ездит, то есть, по городам России вахтами и на ударных стройках капитализма трудится не покладая рук. А это он в Петербург на вахту съездил, и так это удачно, что среди прочих гостинцев, он еще и жену себе привез. Нормальная такая со всех сторон баба, это жена его. А то, что из Петербургу, так это даже наоборот — культурная значит!
И только вот заметно за ней было, что жена Степанова очень уж до выпить охоча. Очень она это дело любила и отдавалась ему вся. Сам-то Степан конечно тоже нет-нет да за воротник заложит, но больше остальных. А супруга его в этом деле мужа своего заметно опережала. Ну а ежели супружница пьет как не в себя, то, разумеется, в семье такой, деньги будут заканчиваться самым стремительным образом. И поэтому поводу Степан значит в очередную вахту уезжает, чтобы значит денег добыть.
Уехал то понятное дело не на один день, а посчитай на месяц. Супруга его уж маялась, уж извелась вся от скуки-то, одной ей сильно не ловко было. Вот она чтобы значит хоть как время скоротать, пригласила подругу свою, тоже из самого Петербурга. Вдвоем водку кушать, оно завсегда интереснее. И вот они значит пили вместе довольно продолжительно, культурно стало быть отдыхали.
И вот во время кульминации одного их отдыха, бывший зоотехник Федоров-то и увидел сцену, которую теперь долго еще не забудет. А увидел он, как Степанова жена стоит на четвереньках, всем своим лицом показывая крайнюю степень опьянение, ну и блаженство, понятно. Но и стоит не просто так, в одной руке крепко сжимает свои трусы, а сверху на ней, пристроился местный кобель, внушительных размеров. И делал этот пёс именно то, что должен был делать, вообще говоря, Степан. Зоотехник Федоров ажно крякнул, как увидел.
Картина настолько впечатлила его, что он, выпрыгивая из сапог, побежал звать многочисленных бабушек, которые также в тот день приторговывали свой не богатой сельхоз продукцией. Заинтересовав бабулек фразой «много раз слышал про такое, но вот чтоб живьём увидать — это в первый раз», увлек их за собой к месту единения природы и человека. Бабульки, конечно, картину восприняли не однозначно. Иные за сердце схватились, другие кинулись пса оттаскивать от гражданочки оттаскивать. Пёс от чего-то оттаскиваться не хотел, и злобно огрызаясь упорно продолжал начатое.
Тут то бабульки в милицию и принялись звонить. «Караул, кричат, тут, говорят, пёс бездомный, диявол его подери, женщину слегка не трезвую насильничает. Примите, говорят, меры». В милиции, очень сильно удивились, однако машину отправлять не хотели. «Мы ж, говорят, пока прибудем, пёс уже и сам всё закончит и весьма вероятно убежит. Зачем мы вам там?» Но бабушки оказали уж очень настырными и машину отправить все-таки пришлось.
Прибыв на место наряд обнаружил лишь в стельку пьяную жену Степана, распластавшуюся на асфальте, довольного пса нарезающего круги вокруг своей незадачливой партнерши и ту самую подругу. Всех, естественно, немедленно начали арестовывать. Погрузили, значит, в машину жену Степана, прям так с трусами в руке, её осоловевшую подругу, а пёс арестовываться наотрез отказался. Рычал, кусался, всем своим видом показывал, что нет у милиции таких прав, что бы его арестовывать. Так, в общем-то пёс и остался один. А женщин увезли.